16. Маленький принц. Я сама придумала эту работу…

Ирина Джерелей “САГА О ПРЕДПРИНИМАТЕЛЕ”

16 глава (15 глава)

kapsel-krimea

18 июня 2103 года, вторник. Я придумала работу частного предпринимателя, чтобы быть в центре событий. И мне это удавалось. Я любила дорогу, любила водить машину. Но основную часть своего времени я ездила с водителем. Это экономило силы и давало возможность думать и писать. Мой водитель время от времени рассказывал последние новости, и я была в курсе всех политических и бытовых сплетен.

История его появления в моей жизни достаточно любопытна. Я тогда работала с Вики последний год как директор совместной фирмы, уволила всех менеджеров и стала искать водителя с машиной, чтобы самой ездить с ним в качестве менеджера и продавать товар. Это была полная минимизация расходов на оплате сотрудников и возможность быстро закрыть долги, которые сделала Вики в тот год, когда я пыталась отойти от дел фирмы и передать ей управление.

К сожалению, по договоренности с поставщиками эти долги де-факто числились на мне как основательнице бизнеса. И я за них отвечала. Именно я, а не Вики. Поэтому мне нужен был водитель и помощник в одном лице.

По объявлению пришел Коля. Это было 8 июня. Невысокого роста, неразговорчивый, аккуратный и какой-то незаметный, Коля произвел на меня впечатление тени. Я так и не поняла, чего он ждал от этой работы, кроме денег. Насчет денег он тоже ничего толком не сказал, только пожал плечами и согласился работать.

На следующее утро я узнала о смерти отчима.

Первый рабочий день нового водителя получился несколько экстравагантным: милиция, кладбище, дом умершего, судмедэкспертиза. 11 июня — в день рождения Коли — он отвез меня к моргу, на похороны, а сам поехал праздновать день рождения. Я тогда горько подумала, что с этим человеком я либо расстанусь сразу, либо дружба будет долгой.

Лето в тот год выдалось крайне жарким, мы выезжали почти каждый день. Я жила без надежды на будущее, очень нервничала по поводу долга, Вики, разрушающегося бизнеса и себя, в результате чего болезненно похудела. Коля оказался спокойным, исполнительным, доброжелательным и готовым помочь.

Вместе с тем, он готов был в любой момент сбежать, словно насторожившийся зверек. Чувствовалось, что, несмотря на свои неполные тридцать лет, несправедливостей он пережил достаточно и не собирался больше с ними бороться.

Была у Коли одна интересная особенность. Если ему что-то не нравилось в происходящем, он жестами, взглядом и мимикой умело показывал свое негативное отношение. Его взгляд в такие моменты становился пустым, словно между ним и собеседником выстраивалась стена.

В полной мере почувствовала на себе это красавица Вики — с ее неистребимым желанием начальствования. Если добавить к этому ее нетерпимость, то понятно, почему она стала Колю методично «грызть»: придиралась по мелочам, высчитывала рабочее время по минутам, заставляла меня как директора его «воспитывать». И я, чтобы отвязаться от Вики, периодически «воспитывала».

Я настолько яростно тогда уставала, что спорить с Вики, «выгрызающей» мои несчастные мозги, сил не было. Коля выстраивался по стойке «смирно», со всем соглашался, потом шел в машину дремать и ждать дальнейших указаний. Чисто армейская привычка. Но, как ни странно, отношение нашего водителя с каждым днем ухудшалось не ко мне — к Вики.

***

Вопреки всему, мы с Колей подружились. В дороге он рассказал мне о себе, любимой девушке, семье. Я — о себе. Мы хорошо поладили. В тот момент я как-то особенно хорошо уяснила, что в экипаже — а мы на своих выездах становились экипажем — должна быть полная слаженность, иначе беда. Когда уходишь в рейс на шесть часов, доверие и желание помочь очень помогают.

Даже одежда имеет значение: аккуратность и подтянутость друг перед другом. Многие интимные моменты — сходить в туалет, перекусить, отдохнуть — становятся проблемой, если нет доверия, если о них не сообщать друг другу. Интересный психологический феномен: вне поездки, вне машины иллюзия слаженности исчезает. То есть, как только мы ступаем на землю и выгружаем товар, единение рассыпается в прах. И это хорошо, потому что работу и отношения смешивать нельзя. Отношения всего лишь помогают работе, не более того.

Мы с Колей отработали вместе до августа. Через два месяца Вики, так и не получив желаемого уважения от водителя, окончательно взбунтовалась. Он приводил ее в ярость одним своим появлением на работе. На мой конкретный вопрос, что ей так не нравится, она, надув губки, отвечала:

— Его лицо.

Понятно, что она говорила не о его шраме над бровью и проломленной в драке переносице, а о своих эмоциях. Но они были настолько отвратительны и неясны для нее самой, что конкретно ответить было стыдно.

Стала ломаться машина, портилось настроение, ежечасно раздражала Вики. Конечно, Коля ушел. Он понимал, что попал между нами в жернова старого конфликта, поэтому меня жалел, а это было довольно унизительно. Для меня. Когда он уходил, я сказала ему очень хорошие слова благодарности — о том, как он был мне важен и необходим в каждой поездке. Даже Вики, присутствуя при этом, очаровательно заулыбалась и слегка прослезилась. Как раз это она умела мастерски. Но ее лицемерие Колю не обмануло, он попрощался именно со мной.

Я некоторое время ездила с ее отцом. Две или три поездки. Мне было трудно попросить его о помощи, и все свободное время он читал газеты. Отношения с Вики испортились, я перестала с ней общаться. Она даже не выдержала и как-то спросила меня:

— Это из-за Коли?

Я ответила утвердительно и отказалась ездить с ее папой. В следующий рейс я уехала с Романом, ее братом, которого она упросила помочь. Он молчал, мы оба чувствовали себя неловко. Мне кажется, Ромка понимал, что происходило, и тоже жалел меня, и злился. Но, увы, Вики — сестра! Что тут поделать? После поездки с Ромой ушла из фирмы я.

Навсегда.

***

Прошло не так много времени после ухода Коли, всего месяц. Я была пока еще не удел, сидела дома, обдумывала свой будущий бизнес. Знала, что нужен будет водитель, потому что собиралась торговать тем же товаром и приезжать к тем же клиентам.

Неожиданно позвонил Коля и, сильно смущаясь, спросил:

— Нет ли у вас для меня какой-нибудь работы?

Мы встретились на следующий день на автостоянке, лил дождь, разбрасываемый во все стороны порывами осеннего ветра. Тяжелые рваные тучи метались по небу. Я села к Коле в машину, коротко обрисовала ситуацию: что со мной произошло и что я планирую.

Договорились созвониться через месяц. Встретились. Снова начали работать как экипаж, но уже на новых условиях. Не водитель-менеджер, а водитель-директор. Быстро нашли общий язык. Я тогда сказала Коле, что у меня может не быть денег на его оплату, поэтому оплачивала его работу ежедневно. Он согласился. Через месяц работа потихонечку наладилась. Мы стали ездить по графику.

Как-то совершенно неожиданно, по дороге на Ялту, Коля мне признался, что у его отца — завод бетонных изделий и магазин по продаже стройматериалов и фурнитуры. Он богат и ездит на очень дорогой машине. Для меня это оказалось большим открытием:

— Так ты у нас, выходит, маленький принц?

— Ну, типа того.

— А почему у отца не работаешь?

— Не могу, все ходят на цыпочках, отводят глаза, ежеминутно подают кофе и сигареты. Поговорить не с кем.

Я задумалась. Выходит, для Коли главное — не престиж, а нормальное человеческое общение, когда можно рассказать друг другу все новости, поделиться сплетнями, перемыть косточки общим знакомым? Например, Вики? Выходит, так. Это, с какой стороны ни посмотри, признак самодостаточности: знать, чего хочу, решать, как это буду делать. Забегая вперед, скажу, что пыталась обучать Колю искусству торговли, работе с финансами — не вышло. Он очень любил машины, дорогу, определенность в завтрашнем дне. Он хорошо знал свои возможности и не хотел прыгать выше головы.

Во всяком случае, на тот момент…

Скачать книгу можно здесь

Продолжение следует

Share
Запись опубликована в рубрике Повести, романы с метками , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий