Нефритовые ночи

НЕФРИТОВЫЕ НОЧИ

Ирина Сотникова

По мотивам книги Рубоко Шо «Эротические танки»
(Рубоко Шо. Эротические танки/ Перевод со старояп. Питера Энгра. – М.: Панорама. 1991. – 64 с.)

Все тихо, Только крики сторожей, Стук колотушек, сладостные вздохи Порою нарушают тишину Гостиницы. (Рубоко Шо)

Полночь в гостинице

Все тихо. Только колотушки стук
Вокруг гостиницы: тук-тук,
Тук-тук, тук-тук…
Да сторожа тревожат
Своими криками покой.
Работа все же…

Но нарушают тишину порой
Сквозь стены сладостные вздохи.

И не уснуть. И до рассвета долог путь…
Я собираю сны по крохам
И вновь теряю виденного суть…

Пишу стихи.

Развязывает пояс, Снимает длинный шнур, Еще хранящий тонкий аромат. Вот зыбкий мост Между двумя мирами. (Рубоко Шо)

Колдовство

Одежды шелковая повесть
И тонкий тела аромат…
Она развязывает пояс,
Прозрачный мост неспешно строя
До царских врат.

И сумерек зыбки границы,
И только тени от свечей –
Полудраконы, полуптицы…
И блеск очей.

И шаг за шагом, вниз не глядя,
Роняю здравых мыслей сор
В спокойствие зеркальных гладей
Пяти Озер.

На крючках из нефрита Занавески от ветра дрожат. Ты, ко мне прижимаясь, Твердишь о грядущей разлуке. Как осенние пахнут цветы! (Рубоко Шо)

Рыжая осень

Рыжая осень-лисица
В сад воровито вбежала…
Ты опустила ресницы
И о разлуке сказала.

В зеркале – призраки лета
Напоминают о страсти,
Но утонуло в рассветах
Наше случайное счастье.

Рыжая осень-плутовка
Огненный хвост распустила…
И замела им неловко
Наши следы. Разлучила.
Рыжая осень…

Забыть не могу, Как любили мы в Эдо. И первый твой поцелуй. Но чем упоительней страсть, Тем острее печаль. (Рубоко Шо)

Я помню Эдо
(Эдо (Иеддо) – название до 1869 г. Токио)

Чем глубже страсть,
тем сумрачней печаль.
Твой первый поцелуй
доныне жжет мне губы.
Еще цветут сады,
но скоро одичают,
И время боль мою остудит.

Шумит тростник на берегу реки.
Мы в разных лодках,
в стороны несомы.
Я помню белизну твоей руки,
Твое дыханье,
тела невесомость…

Я помню Эдо.

Там, в рощах Нефритовых и золотых Любовь превратилась в дым. Ты в сетях птицелова Мне трижды являлась во сне. (Рубоко Шо)

Мертвый сад

Давно смирила ты свой нрав
В сетях чужого птицелова.
Сгорели в пламени костра
Цветы из сада золотого.

И мертвым кажется тот сад,
Где жили лебеди. Послушай…
Как стало в мире тихо, скучно!
Как робко плачут небеса!

Ты мне являешься во сне…
Снег…

Все сливается: Волосы собраны в пучок, Перехвачены бумажным шнурком. Будто нищий с жемчужиной, Жадно играю с тобой. (Рубоко Шо)

Люблю…

Я – словно нищий без гроша, –
Тобой, жемчужиной, играю.
Ты несравненно хороша.

Шнурком объят пучок волос…
Я долго шел к тебе по краю
Тропой над Перевалом Гроз.

И жадно губы я ловлю,
И не могу тобой напиться…
Люблю.

Ты шепчешь Сладкие слова Любовным движениям в лад. Небрежно откинуты пряди со лба, Жемчужные серьги дрожат. (Рубоко Шо)

Жасминовые сады

Оставлены в предгорьях храмы,
Где я молился столько лет.
В твоих подвесках лунный свет,
Шутя, играет жемчугами.

Ты шепчешь сладкие слова,
Ты вся порыв, ты – исступленье…
Я снова добровольный пленник
В твоих жасминовых садах.

Откинуты со лба рукой
Волос каштановые пряди.
Я счастлив, что тобой украден
Из мира, где царит покой.

Я счастлив, что тобой украден…

В четырнадцать лет Зазывала гостей. Кто в Эдо не знает тебя, Ах, Окиягарикобоси! Звезду с неба не хочешь? (Рубоко Шо)

Куртизанка

Хочешь с неба звезду? Хочешь, сам упаду
Я к ногам твоим, девочка Ёко?
Зазывала гостей, но не ждал я вестей
От тебе в своем доме далеком.

Ты любила других. Ни друзья, ни враги –
Просто лица, на маски похожи.
Но не вечна краса. Пожелтеют леса,
И никто тебя вспомнит не сможет…

Мы когда-то встречались в саду…
Хочешь с неба звезду?

Она нежна. Не рань ее души, Поспешностью не принуждай к слиянью, Попробуй лаской Милой угодить. (Рубоко Шо)

Первое свидание

Она нежна.
Не рань ее души…

Как мотылек в ночной тиши,
Как белый лотос в отраженье,
Она – всего лишь губ движенье,
Чуть слышный шепот, лейтмотив…

Скользит ладья. За поворотом,
В хитросплетеньях старых ив,
Ты с ней пройдешь по древним тропам…

Она – нежна. Не торопи.

Среди акаций Дожидался тебя, Вздрагивая при шорохе каждом. Падают вновь лепестки Белых цветов. (Рубоко Шо)

Белые лепестки

Под шорох белых лепестков,
Что сыпались с ветвей акаций,
Я представлял, как буду скоро
Волос и губ твоих касаться.

Как опадут на клевер вдруг
Накидок шелковые ткани,
Как в легком танце смуглых рук
Мой мир в невозвратимость канет…

Ты не пришла.

Нынче вплываю в тебя На утлом челне. Не спеши рассмеяться Под кимоно
Кацураки. (Рубоко Шо)

Гнев милой

Я вплываю на утлой лодчонке
В твои воды – речные напевы:
Сбилась в сторону черная челка,
И глаза потемнели от гнева…

Не спеши рассмеяться жестоко
И взлететь белогрудою цаплей.
Слышишь? – филин кричит одинокий…
Слышишь? – в озеро сыплются капли…

Просто осень пришла ненароком.

Хотелось бы Поле засеять хамагури. Книгу отбросив, Коснулся нефритовых губ.
Осень настала. (Рубоко Шо)

Прощание с молодостью

Так хочется весны… Но наступила осень.
И сбросили сады нефритовый наряд.
Холодные ветра последний лист уносят,
И совершает дождь прощания обряд.

Так хочется весны, но где набрать мне силы,
Чтоб разогнать туман над зарослями ив,
Где сотни лет назад ты о любви просила,
Где тот ушедший я был молод и красив.

Так хочется весны…

Улетела Последняя стая. Ворон сидит одиноко. На кого опустились в дороге Твои перелетные руки? (Рубоко Шо)

Разлука

Улетела последняя стая,
Опустели озера и реки.
За туманными далями тает
Светлый образ любимой – навеки…

Помнишь, платье слетало, как птица?
И ладья уплывала в пространства,
Рассекая миры и границы
Бирюзового водного царства…

На кого опустились в дороге
Твои руки – вишневые ветви?
Больно мне. У чужого порога
Ты склонилась, влекомая ветром.

Увы, не часто Мы предавались Безумным ласкам. С платья дорожного Пыль отряхну. (Рубоко Шо)

Странник

Я отряхну с дороги платье
И вновь ступлю на твой порог.
Прими меня в свои объятья:
Я обессилел и продрог…

Увы, не часто предавались
Безумным ласкам. Но теперь
Я навсегда с тобой останусь,
Устав от горя и потерь.

И дело вовсе не бессилье,
А в том, что годы – как вода.
А ты… Ты все еще красива…

В легких сандалиях Ты прибежала ко мне После ночного дождя. Калитка из веток Протяжно скрипит и скрипит. (Рубоко Шо)

Буря

Оставив за собой осенний холод,
Замерзшей ласточкой влетела в дом.
Прости за то, что я не молод,
Что коротаю дни с дождем.

Сплетенная из тонких веток,
Скрипит калитка и скрипит,
И под напором тьмы и ветра
Вот-вот сорвется… улетит.

Но этой ночью будем мы вдвоем –
С тобой, влетевшей птицей в дом.

Share
Запись опубликована в рубрике Нефритовые ночи с метками , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий