Зачем писателю союз писателей?

Ирина Сотникова

Трудно человеку быть одному, об этом в свое время во всеуслышание заявил Владимир Маяковский в сложные годы становления нового государства, называвшегося «Союз…». Союзы (артели, кооперативы, колхозы, объединения и так далее) тогда стали явлением повсеместным, необходимым и невероятно востребованным. Не прошло и столетия, как гигантская империя с громким названием канула в Лету, а вместе с ним и всевозможные объединения. А те, что остались, приобрели статус добровольных союзов, призванных защищать интересы их членов.
Время перемен – мое время. Не только китайцы могут похвастаться сложными историческими кульбитами, но и мое поколение шестидесятых, когда люди в один момент меняли родину, мировоззрение, убеждения, профессии, эпоху и тысячелетие. Но творческий человек, где бы он ни находился, всегда остается творческим человеком: ему жизненно необходима оценка окружающих людей, он не может писать в пустоту. А настоящему творцу, – с высоким уровнем грамотности, отточенным профессионализмом и умением сказать то, что будет интересно всем, а не только ему, – особенно остро необходимо получить признание, чтобы понять – нужно ли кому-то его творчество, или он ошибается в своих умениях и надеждах. Одной из таких сладких надежд любого писателя является союз писателей (как он думает, – «корифеев, профессионалов, гениев и небожителей»). У каждой медали есть две стороны. Одна – положительная и вторая, в нашем случае, тоже, скорее всего, …положительная. Вот только для кого? Для союза или для писателя? В этой статье я хочу взять на себя смелость попробовать проанализировать такое современное социальное явление, как «писатель и союз писателей» и разобраться в его необходимости: для кого конкретно, в какой отрезок времени, и когда эта необходимость теряет смысл.
Личность творит историю, это факт непреложный. Яркая личность всегда собирает вокруг себя сторонников и поклонников, чтобы добиться определенных целей. И если эти цели – общие, то и личность, и ее свита, и союзники – достигают небывалых успехов. Если вернуться к началу строительства канувшего в Лету великого государства, союз писателей на тот момент работал на одну большую цель – создание и утверждение новой советской литературы. А если учесть, что все-таки писатели – народ грамотный, интеллигентный и тонко чувствующий, то цель эта была действительно справедливой. Правда, хватило всего двух десятилетий, чтобы Михаил Булгаков в романе «Мастер и Маргарита» создал блестящую картину превращения союза писателей в общество функционеров с четко обозначенными привилегиями. Но, не будем забывать, что это всего лишь один взгляд на явление, потому что были и другие события – издавались книги Грина и Паустовского, на всю страну гремел голос Маяковского, а после войны Роберт Рождественский и Белла Ахмадуллина собирали огромные залы поклонников поэзии. Собрания сочинений советских писателей были непременным атрибутом книжных полок каждой интеллигентной семьи, а быть грамотным и хорошо знать свой язык было действительно модным. Более того, писатель имел время и материальную возможность для написания своего романа, это было его дело, его «творческая работа и необходимость». И это – тоже союз писателей, союз при сильном государстве, когда выделялись средства, поощрялись таланты, проводились семинары литераторов и работал литературный институт.
Сегодня молодой литератор, поучаствовав в различных местечковых молодежных семинарах, издав за небольшие деньги тоненький сборничек в бумажной обложке, напечатавшись несколько раз в институтской многотиражке, обращается в союз писателей, потому что ищет поддержки. И поддержка молодому литератору действительно категорически необходима. Должны, обязательно должны встретиться на его пути люди, которые смогут грамотно, критически отнестись к его раннему творчеству, помочь научиться писать еще лучше, если это творчество того стоит, и – самое главное – помочь опубликоваться в более серьезных изданиях, чтобы почувствовать себя увереннее и двигаться дальше. Все равно, как показывает мой опыт работы с молодыми авторами, со временем происходит естественный отсев: остаются те, кто продолжают учиться и не могут не писать, с творческими способностями и болезненно обостренным восприятием мира, позволяющим «слышать неслышимое и видеть невидимое».
Мне в свое время очень повезло, потому что на моем пути такие люди встретились, но – не в союзе писателей. Туда я вступила позже, после публикаций, журналистской работы и издания тощего сборничка за свой счет. Впрочем, с моей стороны никогда не было упования только на союз писателей, поэтому параллельно была журналистская практика, обучение в аспирантуре и работа на молодежных семинарах в качестве супервайзера, как модно сейчас говорить. И я благодарна этим годам – они мне дали большой писательский опыт. Но – что интересно, – как писатель, я не продвинулась, так и осталась малоизвестной «знаменитостью», прославившейся «хвалебными» критическими статьями, работой с молодежью и неплохими стихами, которые иногда печатались в малотиражной газете местного союза. Доходило даже до абсурда. Когда за мной закрепилась «слава» поэта и критика, мою прозу удалось напечатать в журнале того же местного союза только под чужой фамилией – как молодого неизвестного автора. Впрочем, это можно понять – таким образом, отсекались попытки занять место в другой писательской категории, где были свои «гении». Во всяком случае, не хочу сегодня лукавить – вся моя активность в союзе, как и активность многих достаточно талантливых авторов, была направлена на то, чтобы как-то печататься, издаваться, учиться, находить партнеров и друзей и, самое главное – получать во всем этом помощь от союза. Но сейчас, спустя много лет, я понимаю, что во всем этом было много личной вражды, расталкивания локтями, недоверия друг к другу и, не побоюсь этого слова, лицемерия. Вот они, две стороны медали! Мы все – творческие личности – собираясь вместе, становились большой интеллектуальной силой, когда руководители союза задумывали фестивали, издавали журналы, организовывали всевозможные семинары и находили на это средства. Вот тогда это и был союз, и в такой работе конкуренции не было, места хватало всем. Но, когда такая работа заканчивалась – опять же, по вине руководителей союза, – мы, большинство писателей, уходили в сторону, устав от бесполезной конкуренции, и оставались люди, для которых сопричастность к союзу всегда была и будет пропуском в издательства и коридоры власти, где можно было бы найти спонсорскую помощь. Наверное, это состояние души – быть при деле и регалиях. Но не все способны в таком состоянии творить, потому что, как сказал великий классик, творчество суеты не терпит.
Так нужен ли сегодня писателю союз писателей? Я этим вопросом серьезно задалась после очередных выборов председателя – тщательно спланированных в тех же коридорах власти и поставивших на это место человека, возможно и уважаемого, но лично мне совершенно неизвестного. Возможно, я не права, и мое отношение к данному событию предвзятое. Возможно, он – гений. Но за пятнадцать лет членства в союзе я привыкла к определенным традициям, и одной из этих традиций было правило прислушиваться к мнению большинства уважаемых и грамотных людей. Писатель – свободный человек, членство в союзе не обязывает его принимать новые, навязанные извне правила. И он сам решает, выбирать или не выбирать незнакомого человека, платить взносы или не платить, быть в этом союзе или не быть. Но у меня сейчас сложилось впечатление, что в самом союзе писателей этими вопросами давно не задаются. Талант и профессионализм – не главное, главное – умение быть послушным, правильно чествовать первых, выполнять новые правила и следовать писательской конъюнктуре – новых «не пущать», талантливых, но непокорных отбросить, активных похвалить и дать медаль. Можно не одну. И каждому функционеру найдется дело в этой хорошо отлаженной бюрократической структуре, главное – не спорить. И корабль – плывет. А нужен ли он, такой корабль?
Моя мечта о союзе писателей – не пустое место, потому что на моей памяти такой союз был – с фестивалями, общением, изданием газет и журналов, спонсорской помощью и защитой «своих». Была грамотная редактура, было общение с коллегами на уровне всей страны. Сегодня я уверена, что такие писательские союзы где-то существуют. Возможно, это лично мне не повезло, и мои человеческие качества и писательские способности не вписываются в определение «местного таланта». Но почему-то и те, кого я уважала и уважаю, как грамотных и состоявшихся писателей, тоже «живут и творят» за «границами» так называемого союза. И, конечно, возникает закономерный вопрос: «А зачем тогда писателю союз писателей? Только для того, чтобы платить взносы и участвовать в пустых заседаниях?». Вопрос меркантильный, но, с моей точки зрения, справедливый.
Если отбросить мои личные приключения и предпочтения как писателя и не проводить параллелей, я смогла бы ответить, что современному писателю, на самом деле, очень нужен союз писателей. Прежде всего – как место общения и встреч творческих людей, где рады каждому, где можно перебрать изданные книги коллег, сесть к компьютеру и написать статью, куда можно прийти в любой момент – за моральной поддержкой, хотя бы. А почему бы не пофантазировать? Ну, например, о том, что такой союз существует. И членство в нем скорее формальное. И обязательно в нем есть молодежная секция – тоже чисто формальная, потому что прийти в него может любой студент или школьник и просто оставить рукопись. И есть писатели-педагоги, которым интересно заниматься с молодежью, и они занимаются. Опять же – по велению души. И правительство с его министерствами вдруг становится почему-то заинтересованным в поддержке писательского мастерства, и помогает фестивалями, журналами, газетами, путевками на семинары, премиями, изданиями. Для правительства это деньги не просто малые, а очень малые. Читая эти утопические строки, меня могут спросить, а как же писательская конкуренция? Я спрошу в ответ: а в чем? В чем может быть конкуренция, если критерий грамотности и писательского мастерства будет высоким? Конкурировать-то будет не с кем! Впрочем, я, наверное, пишу о фантастическом времени всеобщей грамотности, когда ни у кого не возникнет мысли написать рассказ или стих с грамматическими ошибками и убогим словарным запасом. А вездесущие графоманы, коим несть числа? Вот тут я бы ответила, что нужно еще разобраться в самом явлении графомании. Что это – навязчивая болезненная фобия или все-таки желание сказать миру что-то особенное? Да и, в конце концов, в таком союзе, наверное, будут грамотные редакторы, которому ни один воинствующий графоман не сможет, потрясая купленными дипломами и медальками, втюхнуть какую-нибудь «лунную ночь» или «мою жисть». Меня спросят: а если за деньги? Отвечу. Чтобы заработать приличные деньги, тоже нужна определенная грамотность, хотя бы житейская. И такой человек никогда не выставит себя на всеобщее посмешище. У него, извините, – есть мозги.
Ну, и последнее. Мой жизненный опыт показал, что среди пишущих людей есть разные уровни мастерства, и эти люди взаимодействуют между собой. Нет ведь людей с одинаковой планкой восприятия, мы не запрограммированные роботы. Кто-то, общаясь с корифеями, начинает писать лучше, кто-то не дотягивает, но даже в этом случае у него есть читатели. Кто-то с удовольствием читает и воспринимает авангард, а кому-то нравится хорошо написанный короткий рассказ о женской судьбе. И это тоже литература. Главное – чтобы только грамотная, без штампов, брутальности, навязчивых идей и враждебности к товарищу по цеху – состоит он в этом цехе или нет. А возможности роста есть всегда, было бы желание.
Так нужен ли сегодня писателю союз писателей?..

Share
Запись опубликована в рубрике Статьи с метками . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий