Захват территории

Ирина Сотникова

Фантастический рассказ

 

 

 

 

 

 

 

 

 

«Танки в городе! Какие танки? Этого просто не может быть, все это осталось где-то там, в смутных прошлых веках на других планетах, в эпоху последней Галактической Войны. Один танк, правда, стоит на постаменте – возле недостроенной церквушки, где местные жители поклонялись Богине моря, – как ненужное напоминание о погибших в те кровавые времена. Но на него никто не обращает внимания – войну-то забыли», – думает пожилая некрасивая женщина, расплывшись грузными боками на грязном узеньком сиденье маршрутного такси, которое трясется, лязгает всеми своими железными частями, тяжело пробираясь в потоке городских автомобилей. Айна везет в банк выручку ее родной автобазы за прошлые сутки, и деньги необходимо отправить на межгалактический счет корпорации именно сегодня, чтобы успеть оплатить налоги и зарплату сотрудникам.
На далекой недоступной Земле уже более двухсот лет не было наличных денег, все расчеты осуществлялись по личному коду, имплантированному в запястье, перемещения с одного конца планеты в другой происходили моментально благодаря телепортационным лентам. Здесь, на ее родном Хораксе, когда-то колонизированном предприимчивыми землянами, работали банки с кассами и кассирами, ездили машины на бензиновых двигателях, вместо супермаркетов продукты продавались в маленьких лавочках. Многочисленные корабли, траулеры, сухогрузы и катера, снующие по заливу, заправлялись дизельным топливом. Были построены небольшие города, порты и автобазы, улицы закованы в асфальт, чтобы по ним ездили маршрутные такси и грузовики. Жители владели всеми основными специальностями, которые были развиты в далекое время изоляции от космоса на Земле. За четыре поколения они освоились в новой реальности и уже забыли, как тяжело эта новая реальность далась им в самом начале, когда Совет Великой Метрополии принял решение включить планету Хоракс в свой состав. И самое главное – молодежь забыла о кровавой изнурительной войне, которая вспыхнула тогда между группами общин поселенцев за право управлять ресурсами планеты и отчитываться перед Метрополией.
И вот сейчас пришло время, когда снова все кардинально менялось. Хоракс, благодаря мягкому климату, стал хорошо известным в ближнем космосе местом туризма и отдыха. Все больше дворцов, особняков и развлекательных центров самой разной архитектуры строилось на берегу моря, все больше желающих заказывали грузовые и частные перелеты. Совет Метрополии принял решение построить здесь космопорт, а для удобства туристов оснастить местные города современными технологиями. А это означало, что за короткий срок жителям планеты придется снова полностью изменить свою жизнь. И никто не будет спрашивать, хотят они этого или нет.
Айну предупредили, что банки уже практически не работают, деньги не принимают. Но этот еще работал. Возле касс – огромные очереди озабоченных горожан, спешащих погасить кредиты и оплатить счета за пресную воду и тепло в их квартирках. Люди испуганы, но еще не озлоблены: молодую мамочку с младенцем пропускают к окошку без очереди. Айна мужественно выстаивает на отечных ногах полтора часа, но заплатить не успевает: зависают компьютеры. Кассы одна за другой закрываются.
«Война!? Неужели снова война? Господи, но при чем тут я? Я обычная женщина, счетовод-бухгалтер с почти тридцатилетним стажем. В чем моя личная вина? В банке висят компьютеры. Они что, белье на веревке, чтобы вот просто так висеть? Но висят. Так говорят банковские служащие – вежливые, красивые, безликие. Похожи на кукол».
Айна, растерянно потоптавшись в холле банка, проталкивается к выходу. Почему-то не работает кондиционер. От жары внутри помещения кружится голова, давит сердце. На душе становится как-то особенно тревожно. Она решает не ждать, вернуться на работу и спрятать деньги в сейф. Остановка переполнена, лица людей мрачны. Айна, цепляясь за поручень, с трудом втискивается в переполненный людьми салон. Подвыпивший дядька в засаленной куртке уступает ей место. Маршрутное такси дергается, но едет, и, кажется, хрипит от напряжения. Тревога сидит внутри салона тяжелой черной тушей, заставляя пассажиров вплотную придвинуться к окнам и вглядываться, вглядываться…
«Чур меня, чур!»
Она мысленно молится, глядя на конусообразный купол церкви, который равнодушно отсвечивает металлом и не отзывается на ее мольбы о спокойствии. Переводит взгляд вниз – да, вот он, танк! А на крышке люка непривычный яркий разноцветный флаг. Рядом на афишной тумбе реклама фотовыставки «Городской сюр».
«Что такое «сюр»? Странное слово и чужое знамя вдруг сплетаются в единое целое, олицетворяющее собой мерзкую, но пока еще не проклюнувшуюся гигантскую личинку тарантула или скорпиона в ярких шелках савана-кокона. Впрочем, Айна ничего не понимает в ядовитых насекомых, которых здесь извели еще при ее дедушке, только чувствует, что когда тарантул или скорпион проснутся, станет поздно. А кругом люди, люди… Много людей, еще ничего не знающих о смертоносной личинке в разноцветном коконе. И вдруг она видит этих – одинаковых, страшных, безликих.
«Глава Совета Метрополии сказал по телевизору, что они пришли меня спасать. Но от кого? Если от дикарей, которые живут в горах, то мы уже забыли, как они выглядят, их племя живет своей жизнью и нам не мешает. Или от нас самих? От нашего нежелания меняться?».
Айна родилась здесь, на этом каменистом степном острове с высокой грядой лесистых гор и никогда не бывала на других островах. Она провела всю жизнь в одном городе, прикипела к своим двум соткам помидоров и роз. И всегда боялась войны. Ее дед во время войны вырос и пережил ее маленьким. Много рассказывал о том, как прятались в ямах, ели траву. Как взорвалась соседняя хижина, куда попала бомба, как их грабили и убивали бандиты с соседнего острова, как умерла от обезвоживания его мать, ее прабабушка, не успев дождаться спасателей Метрополии. Наверно, этот страх перешел к Айне по наследству– страх жуткой мучительной смерти.
«А я – не хочу, не хочу! Но эти, эти!»
Противная дрожь хватает липкими пальцами за колени, ползет к икрам ног, заставляет тело в один момент ослабнуть. Айна видит две гигантские темно-зеленые машины без номеров, вместо кузовов – закрытые металлические коробки с решетчатыми окнами. Между машинами пятеро, будто и не люди – изваяния. Стоят, широко расставив конечности в берцах, на лицах – маски, из-под надвинутых зеленых касок видны холодные светлые глаза. Бронежилеты с запасными обоймами, автоматы на плечах стволами вниз. Они держат свое оружие так, будто ежесекундно ждут приказа. Они вообще живые? Может, это роботы? Зять как-то за ужином обмолвился, что Совету Метрополии в освоении вот таких девственно диких планет давно и верно помогают пришельцы со звезд. Она тогда не поверила.
«Чур меня, чур меня! Сюр… Вот прилепилось слово, хоть бы знать, о чем тут толкуют. Вот дебет с кредитом…»
Она мысленно возвращается к своей работе и вспоминает бухгалтерские проводки по счетам – с какого на какой счета провести суммы, чтобы правильно закрыть ту или иную операцию и выйти на нужный баланс. Это на время успокаивает. Тело расслабляется, Айна прикрывает глаза. Зловещие фигуры исчезают из поля зрения. Но мысли по-прежнему бьются в голове испуганными птицами, выклевывают уставший мозг, взбивают волны паники, ослепляя глаза слезами.
«Операция. Военная операция? Меня спасают? Но от кого? Зачем столько оружия? Знать бы хоть, что происходит…»
Заваленная работой, привычно запутавшаяся между дебетом и кредитом, Айна только накануне вечером узнала от дочери, что на ее маленькой уютной родине, окруженной теплым ласковым морем, новая власть. Старый губернатор, седой толстый старик, так любивший по вечерам рыбачить на синей яхте в заливе, подписал отставку, собственноручно спустил с мэрии знамя Хоракса и отправился домой, на Землю, к жене и внукам. Остров с грядой лесистых гор и дворцами в прибрежной зоне, где жители промышляли рыбной ловлей, работали на маленьких заводиках и небольших частных предприятиях по обслуживанию туристов, в один момент поменял свой статус. И глава нового правительства теперь не обрюзгший хамоватый чиновник, а колоритный красавец с мужественным лицом. Она его вчера по телевизору видела – под узкими многоцветными флагами, бодро рвущимися на ветру. Он говорил, будто топором рубил, и толпа, в которую он вколачивал слова, послушно и гулко скандировала в такт: «Техно-логи-и! Бо-гат-ство! Сво-бо-да!». Это напомнило Айне какой-то очень старый фильм о войне. К горлу тогда подкатилась тошнота – стало страшно, как после рассказов деда. Айна не хотела менять свою жизнь. Слишком много одинаковых дней она прожила в размеренном ритме между работой и семьей. И сейчас, на закате своих лет, ей даже страшно было представить, что этот привычный мир необратимо рушится. И если раньше она могла дать своим детям советы и наставления, то теперь, с приходом новой власти и новых технологий, ее собственная жизнь будет списана в утиль, как и старые грузовики на ее автобазе.
Она поспешно нажала на пульте кнопку переключения каналов, и вдруг позвонила подружка: «Ты слышала? Слышала? Ка-акой мужчина! Настоящий губернатор! Нет, ты слышала?..». Айна что-то промямлила в ответ, но подружка даже не ответила, кричала свое. Последний раз она была так возбуждена, когда влюбилась сдуру в водителя автобазы, на пятнадцать лет младше. Что-то у них там было, но, вроде, недолго. После этого она снова стала степенной и рассудительной. Все же двое детей в семье.
В тот вечер за ужином долго и громко обсуждали новости, зять и дочь радовались, говорили ей, что скоро все изменится, что их скромный остров станет процветать, что у всех будет большой достаток и не надо будет больше экономить на удовольствиях. Зять мечтал о том, как будет выбирать себе новую скоростную машину, потому что построят дороги, а дочка говорила о шубе из искусственного меха давно исчезнувшего на Земле песца. Зимой на острове было холодно, степные ветра продували город насквозь. Айна согласно кивала головой и не верила им. По своему бухгалтерскому опыту она знала, что никому и ничего бесплатно не дают. За все нужно платить. И не обладал их маленький остров такой большой ценностью, чтобы Метрополия осыпала его жителей милостями. Возможно, какие-то полезные ископаемые… Или туризм, отдых… Но и в этом случае жители будут лишь обслуживающим персоналом для богатых клиентов, не более того. Исчезнут маленькие частные предприятия, некому будет ловить рыбу, некому ее продавать. Рыба Метрополию интересовала мало.
…Айна выходит на нужной остановке в моросящий дождь. Улица пустынна, и только старые деревья тревожно шумят верхушками в такт дождю, задевая корявыми ветвями низкое свинцовое небо. Она заходит в темный подъезд старого двухэтажного здания конторы. Краска на стенах облуплена, на лестнице мусор, с грязных потолков свисает махровыми нитями паутина. Хочется быстрее спрятаться, перед глазами все еще плывут направленные в асфальт дула автоматов и пустые холодные нечеловеческие глаза в прорезях масок. Ей в тот момент показалось, что они вот-вот начнут стрелять. Всего-то дел: движение верх, движение пальцем – и кровь, стоны, трупы. Как в боевиках, которые так любит ее зять.
«Только эти, которые пришли спасать, настоящие, живые. Или уже нет? Кто они на самом деле? А если действительно звездные гости? Тогда плохо, совсем плохо, они безжалостны».
В кабинете холодно и гулко, сумрачно. Полки с бесконечными рядами папок качаются перед глазами, сдавливает сердце. Айна неторопливо прячет деньги в сейф, закрывает замки, потом достает из кармашка потрепанной объемной сумки с папками и документами лекарственные капли, настоянные на местных травах. Резко открывается дверь, и веселая товарка в теплом красном вязаном свитере зовет в соседний кабинет на кофе с печеньем. Айна идет, чтобы не оставаться одной, ей по-прежнему неуютно.
В соседнем кабинете тепло. Столы, заваленные такими же бумажными папками с тесемками, напоминают огромные баржи, трущиеся друг друга ржавыми боками в порту. Приятельницы, перебивая друг друга, взахлеб рассказывают, как все теперь будет правильно и хорошо, какое счастье, что они – эти – есть, иначе бы другие – те – нас уже… Как много теперь будет денег и достатка, потому что Метрополия сказочно богата и охотно делится своими богатствами. Их остров отныне под высоким покровительством, все будет хорошо!
«Что «хорошо»? И кто это: «те»? И как это «процветать», если и до этого было неплохо? Рыбы хватало всем, никто не голодал. Сюр, сюр, сюр! Не понимаю!»
Айна натужно улыбается в ответ и молчит. Перед глазами вновь плывут медленно поднимающиеся стволы, пальцы в кожаных перчатках нажимают курки. Ее реальность на миг исчезает в черной дыре страха. Счастливый смех сослуживиц приводит ее в чувство, ей наперебой рассказывают, что теперь у них будет не только рыба, но и лучшие блага современной цивилизации, что зря она так боится. Анна Георгиевна пьет чай и думает о том, что не будет рыбы. Ничего теперь не будет. Она не может объяснить себе свою уверенность. Сюр, предчувствие.
Проходит день, два. Неделя. Две…
Все вокруг привыкли к пришельцам. Уже никто не боится, молоденькие мамочки с детьми гуляют, резвятся и фотографируются на фоне автоматов и масок с прорезями для глаз, белозубо улыбаются в объективы камер. Голубые глаза в прорезях масок остаются привычно холодными, бездушными, одинаковыми. Резко выросли цены и продолжают расти каждый день. Горожане по вечерам тащат в объемных целлофановых пакетах гречку, рис, сахар и постное масло. Закупают спички и свечи. Деньги в банкоматах периодически исчезают, некоторые банкоматы накрест заклеены белыми бумажными лентами. Огромные терпеливые очереди у работающих банкоматов практически не двигаются. Время от времени появляются странные мужчины в камуфляже из местных, на ногах – кеды, кроссовки, ботинки. От них пахнет спиртным, они веселы и довольны. По улицам передвигается непривычный транспорт темно-зеленого цвета, на капотах – многоцветные флажки Метрополии. Такие же флажки в местных автомобилях, в витринах магазинов, у входов в конторы, школы, больницы. Всеобщее ликование время от времени сменяется волнами страха и неуверенности в завтрашнем дне, но горожане отгоняют от себя тревожные мысли и, не отходя от телевизоров, часами вбирают уставшими чувствами хорошие новости и обещания новой светлой жизни. Это успокаивает и помогает ждать.
Айна, соскучившись в одиночестве от отсутствия работы, заходит в соседний кабинет. Еще две недели назад довольные переменами ее товарки сегодня не смеются. Грустят. Нет денег, нет товара. Автобаза не работает. Говорят, что старые грузовики уже вывезли и переработали. Но это так, тревожные слухи. Дебет с кредитом давно сошелся, путевые листы оформлены, горючее списано. Но зачем это нужно, если считать больше нечего и зарплату не платят? Говорят, временно. Новая реальность, сюр. Тарантул почти вылупился, плещутся на ветру узкие языки разноцветных флагов. Айна непривычно спокойна. Только вот сердце сильно болит. А у приятельниц – губы поджаты, глаза испуганно бегают. Одна из них, в красном свитере, что-то исступленно ищет в интернете, откуда то и дело вываливаются силиконовые блондинки и накачанные герои компьютерных игр. Ее наманикюренный ноготок мелко дрожит на колесике компьютерной мышки. Другая говорит, что надо привыкнуть и немного потерпеть, что это напрасная тревога.
«Какая тревога? Нас ведь уже спасли! Кто спас? От кого? Никто ничего не знает, но все говорят, что спасли от нищеты и деградации. Чужие люди, чужое оружие, чужая страна. Да здравствует великая Метрополия!»
Это последняя мысль, которую успевает додумать Айна. С посиневшими губами, прижав руку к сердцу, она мешком валится с шаткого стула на деревянный некрашеный пол. Сверху сыплются уже никому не нужные папки с тесемками, нелепо разваливаются их бумажные внутренности, исписанные листы заполошными птицами разлетаются по кабинету. Темнота удушающе смыкается над ней.
Сюр…

Share
Запись опубликована в рубрике Фантастика с метками , , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий